Category Archives: Русский

Группа Аркадий Коц – Стены (Duvarlar) – Çeviri

Однажды дед говорил мне,
Когда светало вдали,
Мы с ним у дверей стояли,
И телеги мимо ползли.

Bir gün dedemle
Gün ağrırken
Kapıda dikilirken
At arabaları geçerken yanımızdan
Dedem bana dedi ki,

Видишь ли эти стены?
За ними мы все живём,
И если их не разрушим,
То заживо здесь сгниём.

Şu duvarları görüyor musun?
Onların ardında yaşıyoruz hepimiz
Ve eğer sen onları yıkmazsan
Burada diri diri çürürsün

Давай разрушим эту тюрьму
Здесь этих стен стоять не должно
Так пусть они рухнут, рухнут, рухнут
Обветшавшие давно

Bu zindanı yıkalım
O duvarların burada işi yok
Yıkılsınlar, yerle bir olsunlar
Köhne duvarlar

И если ты надавишь плечом
И если мы надавим вдвоем
То стены рухнут, рухнут, рухнут
И свободно мы вздохнем

Eğer omuz verirsen
Beraber omuz verirsek
O zaman yıkılırlar
Ve biz de özgürce ölürüz

Руки мои в морщинах,
С тех пор прошло много лет,
И сил всё меньше и меньше,
А стенам износу нет.

Ellerim nasırlaşmış
O zamandan bu zamana yıllar geçmiş
Ve gücüm gittikçe azalmış
Duvarlar aynı, kusursuz

Я знаю, они гнилые,
Но сложно их одолеть,
Когда не хватает силы.
И я прошу тебя спеть:

Çürükler, biliyorum
Yine de kurtulmak zor
Gücüm tükendiğinde
Yetiş bana

Деда давно не слышно,
Злой ветер его унёс,
Но мы с ним стоим всё там же,
Под тот же грохот колёс,
И когда кто-то проходит мимо,
Я стараюсь погромче петь,
Ту песню, которую спел он,
Прежде, чем умереть.

Uzun zamandır dedemden haber yok
Öfkeli bir rüzgar önüne kattı sesini
Biz hala oradayız onunla
Tekerleklerin gümbürtüsünde
Ne zaman biri yanımızdan geçse
Daha bir gür sesle söylüyorum şarkıyı
Onun söylediği şarkıyı
Ölmeden önce

Advertisements

Любовь

Моя буква,
последняя.
В любви
не могу я
её произносить.
Слов
не хватает.

Она же,
мягкая значка.
А я буква “в”
В неё влюблен


Old lady

Local people
and excitement on their faces
for the newcomers
reminds you that
you are alive
one more time.
It is something like
being unaware of that
it is snowing outside
and then
hearing a pile of snow
falling down
onto deck
and the old lady,
finally gives you
одеялу, простыню, и подушку
to sleep for five years.


Старый повар

В один из зимних вечеров 1786 года на окраине Вены в маленьком доме лежал тяжело больной старик, бывший повар графини Тун. Несколько лет назад он ослеп от жара печей. Его поселили в этом домике и платили время от времени несколько флоринов. Обстановка в доме была очень бедная: стол, две кровати, два стула. Единственным богатством маленького дома был рояль.

Вместе с поваром жила его дочь Мария.

Ночью старик сказал дочери:
– Я всегда не любил священников. Но сейчас перед смертью мне надо очистить свою совесть… Выйди на улицу и попроси первого встречного прийти и исповедать меня… – Мария набросила на себя пальто и выбежала на улицу.

Улица была пуста. Мария долго ждала. Наконец показался прохожий. Мария голосом передала ему просьбу отца.
– Хорошо, – сказал человек спокойно, – хотя я  и не священник, но это все равно.  Идемте!
Они вошли в дом. Незнакомец быстро снял пальто и сел около старика.
– Говорите. Может быть, я облегчу ваши последние минуты.
– Я работал всю жизнь, пока не ослеп, – прошептал старик. – Я никогда не делал ничего плохого. Но когда заболела моя жена, Марта и у меня не было денег на лекарство, я украл у хозяев маленькое золотое блюдо и продал его. Мне тяжело теперь вспоминать об этом и скрывать мой проступок от дочери: я её научил не брать ничего чужого.
– А кто-нибудь из слуг пострадал за это? – спросил незнакомец.
– Никто. Если бы я знал, что золотое не поможет моей Марте, я бы никогда не взял его.
– Как вас зовут? – спросил незнакомец.
– Иоган Мейер.
– Так вот, Иоган Мейер, _ сказал незнакомец и положил руку на слепые глаза старика, – вы не виноваты перед Богом и людьми, потому что вы это сделали из любви к жене. А теперь скажите мне вашу последнюю просьбу.
– Я хочу, чтобы кто-нибудь позаботился о моей дочери.
– Я сделаю это. А еще чего вы хотите?
Тогда старик неожиданно улыбнулся и громко сказал:
– Я хотел бы еще раз увидеть Марту такой, какой я видел её в молодости, увидеть солнце и этот старый сад, когда он цветет весной. Но сам знаю, что это невозможно. Не сердитесь на меня за глупые слова.
– Хорошо, – сказал незнакомец и встал. – Хорошо, – повторил он, подошел к роялю и сел, – и вдруг быстрый звон наполнил комнату, как будто на пол бросили сотни хрустальных шариков.
– Слушайте, – сказал незнакомец. – Слушайте и смотрите.
Он заиграл. Мария вспоминала потом лицо незнакомца, каким оно было в тот момент. Его лицо было прекрасно.
Рояль пел полным голосом впервые за многие годы. Он наполнил своими звуками не только дом, но и весь сад. Начал идти мокрый снег.
– Я вижу! – сказал старик и сел на кровати. – Я вижу день, когда я встретился с Мартой и она от смущения разбила кувшин с молоком. Это было зимой, в горах. Небо стояло прозрачное, как синее стекло, и Марта смеялась. Смеялась, – повторил он.
Незнакомец продолжал играть.
– А теперь, – спросил он, – вы видите что-нибудь?
Старик молчал, прислушиваясь.
– Неужели вы не видите, – быстро сказал незнакомец, – что ночь из черной сделалась синей, а потом голубой, и тёплый свет уже падает откуда-то сверху, и на старых ветках ваших деревьев распускаются белые цветы. По моему, это цветы яблони, хотя отсюда, из комнаты, они похожи на большие тюльпаны.
– Нет, сударь, – сказала Мария незнакомцу, – эти цветы совсем не похожи на тюльпаны. Это яблони распустились за одну только ночь.
– Открой окно, Мария, – попросил он. Мария открыла окно. Холодный воздух заполнил комнату. Незнакомец играл очень тихо и медленно.
Старик упал на подушки, жадно дыша. Мария вскрикнула от испуга.
Незнакомец встал и подошел к кровати. Старик сказал задыхаясь:
– Я видел все так ясно, как много лет назад. Но я не хотел бы умереть, не узнав вашего имени.
– Меня зовут Вольфранг Амадей Моцарт, – ответил незнакомец.
Мария отошла от кровати и низко поклонилась великому композитору. Когда она подошла к кровати, старик был мертв.

(По К. Паустовскому)